Иван Саввич Никитин
Иван Саввич Никитин

 

Иван Саввич Никитин

Иван Саввич Никитин (21 сентября (3 октября) 1824, Воронеж — 16 (28) октября 1861, там же) — русский поэт.

ЛЕСНИК И ЕГО ВНУК

«Дедушка, дедушка! Вот я чудес-то когда насмотрелся!
Песней наслушался всяких!., и вспомню, так сердце забьётся.
Утром я сел на поляне под дубом и стал дожидаться,
Скоро ли солнышко встанет. В лесу было тихо, так тихо,
Словно всё замерло… Вижу я, тучки на небе алеют,—
Больше, да больше, и солнышко встало! Как будто пожаром
Лес осветило! Цветы на поляне, листы на деревьях,—
Ожило всё, засияло… ну, точно смеётся сквозь слезы
Божьей росы!.. Сквозь просеку увидел я чистое поле:
Ярким румянцем покрылось оно, а пары подымались
Выше и выше, и золотом тучки от солнца горели.
Бог весть, кто строил из тучек мосты, колокольни, хоромы,
Горы какие-то с медными шапками… Диво, и, только!
Глянул я вверх: надо мною на ветках была паутина,—
Мне показалось, серебряной сети я вижу узоры.
Сам-то паук длинноногий, как умный хозяин, поутру
Вышел, работу свою осмотрел и две ниточки новых
Бойко провел, да и скрылся под листиком, — вот уж лукавый!..
Вдруг на сухую березу сел дятел и носиком длинным
Начал стучать, будто вымолвить хочет: «Просните-ся, сони!»
Слышу, малиновка где-то запела, за нею другая,
И раздалися в кустах голоса, будто праздник великий
Вольные птички встречали… Так весело!.. Ветер прохладный
Что-то шепнул потихоньку осине, — она встрепенулась,
С листьев посыпались светлые капли, как дождик на травку;
Вдруг зашумели березы, орешник, и лепет, и говор
По лесу всюду пошел, словно гости пришли на беседу…»
— «Ох ты, кудрявый шалун, наяву начинаешь ты грезить!
Ветер в лесу зашумел — у него это чудо большое.
Любишь ты сказки-то слушать и сам их рассказывать мастер.
Вишь, вчера вечером сел у ручья да глазеет на звезды,
Невидаль точно какая! Колол бы ты лучше лучину!
Что, и ручей, чай, вчера рассказал тебе нового много? »
— «Как же, рассказывал, дедушка! Я любовался сначала.
Как потухала заря, и на небе, одна за другою,
Звездочки стали выглядывать; мне показалось в ту пору:
Ангелов светлые очи глядят к нам оттуда на землю.
Видел я, как подымался и месяц над лесом; не знаю,
Что он не смотрит, как солнышко? всё будто думает что-то!
Любо мне было. Прилег я на травку под ивой зелёной, —
Слышу, ручей говорит: «Хорошо мне журчать в тёмном лесе:
В полночь тут дивы приходят ко мне, поют песни и пляшут.
Только раздолья здесь нет. Будет время, я выйду на волю,
Выйду из темного леса, увижу я синее море;
В море дворцы из стекла и сады с золотыми плодами;
Есть там русалки, белей молока их открытые плечи;
Очи, как звезды горят; в волосах дорогие каменья.
Есть там старик чародей; рассылает он ветры по воле;
Слушают рыбы его; вести чудные реки приносят…
— «Вот погоди, подрастёшь — позабудешь ты эти рассказы;
Люди за них не дадут тебе хлеба, а скажут: трудися!
Вон наш пастух с ранних лет обучился играть на свирели,
Так и состарился нищим, все новые песни слагает!»
— «Разве не плакал ты, дедушка, сам, когда вечером поздним
Брался пастух за свирель и по тёмному лесу далёко
Песнь соловьиная вдруг разливалась, — и всё замолкало,
Словно плес её слушал, и синее небо, и звезды?..
Нет, не брани меня, дедушка! Вырасту, буду трудиться,
Буду и песни я петь, как поет ветерок перелетный,
Вольные птицы по дням, по ночам тёмный лес под грозою,
Буду петь радость и горе и улыбаться сквозь слезы!»

1 сентября 1854 года (по старому стилю 20 августа)

 

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Пожалуйста, напишите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя здесь

девятнадцать + пять =

Проверка комментариев включена. Прежде чем Ваши комментарии будут опубликованы пройдет какое-то время.